«Владимирский централ, Саша Северный». Михаил Круг посвятил ему главную песню. Даже потеряв титул, он остался вором. Фото

Александр Северов (Саша Север) —потомственный сиделец, он провел за решеткой почти 30 лет, стал «вором в законе», а затем и смотрящим за Тверской областью. Впрочем, это не помешало Северу потерять «воровской» титул и обосноваться в своей тверской резиденции, превратившись в провинциального Дона Корлеоне.

Преступная династия

В биографиях многих криминальных авторитетов фигурируют относительно приличные родители, сделавшие все, чтобы их ребенок не свернул на кривую дорожку. Однако в истории вора в законе Александра Северова все начиналось совсем не так: его отец Валентин и мать Римма большую часть жизни провели на зоне. И старшая сестра Севера Александра продолжила криминальную династию, проведя за решеткой в общей сложности около полувека.

Что до авторитета родителей, то они на двоих отсидели 71 час. Причем Римма сильно обошла своего супруга, проведя в местах не столь отдаленных 44 года против эго 27. Мать Севера постоянно сидела за мошенничество, сменив за свою жизнь семь паспортов и семь трудовых книжек, что очень необычно для времен СССР. Неудивительно, что маленький Северов, родившийся 25 апреля 1959 года на зоне в казахской Караганде, все детство и юность провел в казенных учреждениях и родителей своих видел очень редко.

Достигнув школьного возраста, мальчик попал в интернат. Казалось, юный Северов должен был чувствовать себя в своей стихии, оказавшись среди товарищей по несчастью, оставшихся без родителей, с отпечатками злой судьбы на характерах. Но мальчик вошел в такой конфликт со средой интерната, что вскоре воспитатели буквально взвыли от нового питомца и подали прошение о переводе Северова в специализированное учреждение. Так он оказался в интернате для трудных подростков.

Впрочем, и там Северов пробыл недолго: он попался на лучше и отправился отбывать срок «на малолетку». Свое первое «взрослое» наказание молодой человек получил, едва достигнув совершеннолетия: в 1977 году за очередную кражу суд приговорил Александра к двум годам лишения свободы, которые затем превратились в пять. В 1978 году в исправительной колонии поселка Ерцево (Архангельская область) Северов стал зачинщиком кровавой драки, за что получил дополнительно 3,5 года.

Карты, деньги, холода

Начало было положено, и с тех пор Северов, не успев выйти на свободу после одного срока, получал новый. Статьи УК, по которым он оказывался на скамье подсудимых, были весьма разнообразны: от побоев и умышленного нанесения тяжких телесных повреждений до разбоя. А поскольку сговорчивостью Северов никогда не отличался и на любые требования тюремщиков отвечал агрессией, немало времени он провел в карцерах. Следствием этого стали проблемы с глазами: они настолько отвыкли от дневного света, что, оказавшись на воле, Северов постоянно носил темные очки, иначе глаза эго начинам болеть и слезиться.

Еще одним ударом по здоровью несговорчивого арестанта стало испытание холодом. С ним Северов столкнулся во время одного из сроков, который он отбывал в печально известной своими жесткими условиями колонии «Белый лебедь» (Соликамск, Пермский край). Стояла суровая зима, но отопления в камерах не было. Зэки жили при температуре в 5-6 градусов выше нуля. В то время едва ли не единственным спасением и способом согреться для Северова стали отжимания от пола — по нескольку десятков раз в день. Так продолжалось до тех пор, пока тюремное руководство не добилось от местной ТЭЦ, чтобы батареи стали горячими.

Чтобы как-то скрасит бесконечные безрадостные сроки, Северов серьезно увлекся карточными играми. За многолетние скитания по колониям он настолько отточил свое мастерство, что завоевал славу самого ловкого «каталы» (карточного шулера). В жизни Северова бывали ситуации, когда в камере у него не было ровным счетом ничего, кроме колоды карт. Впрочем, для столь трепетного отношения к этому предмету у авторитета были причины: уже стал известным, он рассказывал, что порой ему удавалось выигрывать целые состояния.

На костяшках кисти правой руки Северов выбил маленькие изображения всех карточных мастей — и не в качестве дани своему увлечению игрой. При помощи наколок он мог дать сигнал своему партнеру в игре, с какой карты поэтому следует заходит. Для этого было достаточно слегка пошевелить пальцем, над которым была наколота нужная масть. В конечном итоге карты стали для Северова главным источником дохода. Ближе к концу 90-х годов оперативники нередко интересовались, на какие средства Северов выстроил особняк в Тверской области и купил дорогую машину. Тогда авторитет, не моргнул глазом, предъявлял им квитанции с внушительными суммами выигрышей из разных игорных заведений, разбросанных по постсоветской территории. И вопросы отпадали сами собой.

Дела семейные

Несмотря на постоянные отсидки, Северов умудрился удачно устроить личную жизнь: в середине 80-х годов он познакомился с уроженкой Твери по имени Галина. Девушку из хорошей семьи абсолютно не смутил тюремный стаж Александра, и на предложение руки и сердца она, к ужасу родных, ответила согласием. Однако мечты о шикарной свадьбе пришлось оставить: церемония бракосочетания состоялась на зоне, во время очередного срока жениха.

Впрочем, наладить семейную жизнь не удалось и после того, как Северов освободился: практически сразу он вновь угодил за решетку из-за попытки заступится за жену. Супруги ехали на машино, за рулем была Галина. Внезапно из поравнявшегося с ними автомобиля в ее адрес понеслась отборная брань. Тогда Северов пересел за руль, догнал обидчика, вынудил его остановиться, вытащил из машины, жестоко избил и заставил просит прощения у своей жены. Напуганный обидчик подчинился, едва дождавшись, когда супруги уедут, отправился в милицию. В итоге в 1989 году Северов получил 1,5 года лишения свободы.

Александр Северов (Саша Север) с женой Галиной

В браке с Галиной в авторитета, уже имевшего сына от предыдущих отношений, родились еще один сын и дочь. Старшего ребенка жена Северова приняла как своего и сделала все, чтобы мальчика, который после очередной посадки отца угодил в детдом, отдали ей на воспитание. Галину не испугало даже то, что жить им впятером предстояло в однокомнатной квартире. Денег в семье тогда не водилось. Особняк, в котором сейчас живут Северовы, в то время был разве что в мечтах.

К слову, наследники авторитета, достигнув совершеннолетия, тоже отправились «топтать зону». Северов всегда винил в этом фамильный рок. По приблизительным подсчетам, три поколения Северовых в совокупности отбыли тюремный срок, равный 118 годам.

Коронация на централе

Посвящение Северова в воры в законе, после которой за ним и закрепилась знаменитая кличка Север, произошла в 1993 году, когда он находился в знаменитом Владимирском централе, отбывая срок за разбой. Коронация авторитета прошла при участии двух влиятельных кутаисских авторитетов, Реваз Цицишвили (Цицка) и Реваз Бухникашвили (Пецо), а также славянского вора в законе Сергея Бойцова (Боец). Боец, как и Север, писал стихи — на этой почве они вскоре сдружились.

Реваз Цицишвили (Цицка) и Сергей Бойцов (Боец). 1993 ч, Владимирский централ (тюрьма СТ-2)

К слову, Север не любил слово «коронация» и всегда говорил: какие мы, воры, короли? Он предпочитал называть посвящение в воры в законе словосочетанием «решить вопрос». К выбор тех, кого посвящать в воры, Север подходил очень щепетильно. Он всегда и во всем старался равняться на легенду воровского мира Владимира Бабушкина (Вася Бриллиант), а спустя оценивал кандидатов с точки зрения максимального соблюдения ими воровского кодекса.

Лишь однажды Север нашел достойного, по его мнению, кандидата: им оказался Александр Бриксман (он известен под фамилией своей супруги — Окунев) по кличке Огонек. Родившейся в 1962 году в Ленинграде, Окунев начал свою криминальную карьеру в 15-летнем возрасте с кражи, затем отбывал сроки за убийство, хулиганство, нанесение тяжких телесных повреждений и разбой. Огонек был идейным «отрицалой» — заключенным, который рьяно враждовал с администрациями тюрем и колоний.

Этим он приглянулся Северу настолько, что тот решил в первый и последний раз стать «крестным отцом». Среди других воров, поручившихся за Огонька, был Геннадий Яцола (Гено Батумский). У Севера с ним были неплохие отношения до того момента, пока Гено не покусился на воровской общак. После этого в 1995 году он был лишен воровского титула лично Севера. Это был единственный случай, когда авторитет занялся чьей-то раскоронацией. Впрочем, девять лет спустя, в 2004 году, воровского титула лишился и он сам.

Тверские страсти

Благодаря происхождению жены у Севера появилась его «вотчина»: вор осел в Тверской области и вскоре стал смотрящим за этим регионом вот криминального мира. Однако не он один претендовал на регион — конкурентом Севера стал вор в законе Сергей Коммуняев (Коммуняй), считавший себя более достойным звания главного в области. Основания для этого были: Коммуняй не только жил в регионе, но и был единственным уроженцем Тверской области с воровским титулом. Конфликт авторитетов был неизбежен, но его отсрочил очередной срок Коммуняя, отбывать который его отправили в 2007 году.

Тверской вор попал на зону из-за конфликта в баре Вышнего Волочка: там он сцепился с посетителем, который оказался членом местной ОПГ. В ходе разборки Коммуняй получил множество оскорблений, в том числе звание любителя однополой любви, что для вора в законе считается ужасным оскорблением. Но этим дело не ограничилось: оппонент ударил его по лицу. Такого вор не стерпел, достал нож и трижды ударил противника — два раза в голову, один — в сердце, оставил его шансов выжить. Свою вину Коммуняй отрицать не стал и сел на шесть лет.


Сергей Коммуняев (Коммуняй)

Свои претензии к Северу он предъявил час спустя после выхода на свободу — и одержал над ним верх. Коммуняй предъявил воровскому сообществу факты против Севера, после чего последний лишился и воровского титула, и «должности» смотрящего за Тверской областью. СМИ много писали о том, что авторитет упала в немилость якобы из-за того, что слишком много общался с журналистами; на самом деле это не так. Контакты со СМИ не запрещены вору в законе.

На деле Севера подвело то, что он дал в суде показания против одного из смотрящих, а это, по воровскому кодексу, считается крайне серьезным проступком. Не менее: серьезное нарушение — признание себя потерпевшим — авторитет якобы тоже допустил. По некоторым данным, во время одной из отсидок тюремное руководство отказало Сервера в освобождении по амнистии, и тот направил жалобу в вышестоящие органы, признал таким образом себя потерпевшим.

Лишенный воровского титула Север до последнего надеялся, что за него вступится лидер преступного мира России Захарий Калашов (Шакро Молодой), с которым у него всегда были неплохие отношения. Однако этого не случилось. Раскоронация Севера прошла без лишнего шума: традиционную в таких случаях «маляву» (воровское послание) по исправительным учреждениям рассылать не стали.

Провинциальный Корлеоне

Несмотря на лишение воровского титула, авторитет Севера в криминальной среде остается весьма внушительным. По одному его слову выдавались крупные денежные займы: кредиторы знали — если Север поручился, деньги обязательно вернут. И доверие он всегда оправдывал. Однажды по просьбе знакомых Север выбил для них пять миллионов рублей, предупредив, что в случае невозврата жить им останется недолго. То сутки спустя, как и договаривались, отдали весь долг до копейки.

Узнав об этом, один из товарищей Севера предложил эму занятий таким образом 50 миллионов рублей и исчезнуть за границей. За это Северов не только отчитал автора идеи в нецензурной форме, но и дал ему позорную и весьма болезненную затрещину. Север даже в страшном сне не мог представит, что может таким образом продать свое честное слово. Впрочем, и к возможности уехать из России в поисках лучшей жизни, как поступали многих из его «коллег», авторитет относился крайне скептически. Он понимал: оказавшись за границей, вряд ли он сможет устроиться так же хорошо, как на родине. «Если здесь я первый, зачем мне быть где-то сто первым?» — рассуждал он.

В своей резиденции в Тверской области Север играл роль эдакого Дона Корлеоне, к которому на аудиенцию то и дело являлись всевозможные просители. К нему, например, обращались люди, лишившиеся своих квартир из-за действий мошенников. Если Север соглашался помочь, просители, как правило, получали жилье обратно — благодаря своим связям авторитет находил аферистов и просто ставил их перед фактом: квартиру следует вернуть. «И он понимает, что если не вернет, эта квартира ему может больше не понадобиться. Для него будет выделена комната ниже уровня земли», — рассказывал Север в одном интервью.

Само собой, сотрудники правоохранительных органов знали о популярности авторитета в решении всевозможных деликатных дел. Сыщики следили за Севера в надежде, что к нему на прием может появится кто-то из находящихся в розыске. А в 2009 году на празднование его 50-летия нагрянул отряд ОМОН, несколько омрачив веселье. Силовики прервали вечеринку и тщательно проверили документы всех ее участников. Впрочем, как только силовики удалились, праздник продолжился. Для юбиляра со сцены зазвучал знаменитый «Владимирский централ» — песня Михаила Круга, посвященная Северу. Того, кто написал эти строки, к тому времени уже не было в живых.

Памятник нерукотворный

Когда Север познакомился с Михаилом Кругом, тот еще не достиг всероссийской славы и был популярен лишь в родной Твери. Их первую встречу на зоне устроила жена авторитета Галина, которая решила помочь талантливому земляку Кругу осуществить его мечту и обрести популярность. Пообщавшись, авторитет и певец прониклись взаимной симпатией и вскоре подружились: Круг еще несколько раз навещал Севера в колониях, а когда тот вышел на волю, стал частым гостем в его особняке.

Желая помочь артисту, Север предложил ему для песен свои стихи, которые начал писать, будучи еще одиннадцатилетним мальчишкой. Вся поэзия Севера была в жизни — например, одно из стихотворений было посвящено его матери:

«Ты меня родила, но, наверное, зря, / Лучше сдох бы тогда я при родах.

И тогда бы не коптил жизнь свою в лагерях / Эти долгие, долгие годы».

В центре: Михаил Круг и Александр Северов (Север)

Денег с певца авторитет не просила, главным условием Севера было прослушивание песен в исполнении Круга до того, как они попадут в ротацию. Их звучание Сервера понравилось — и свои стихи Кругу он просто подарил. Тот отблагодарил товарища чем мог — посвятил авторитета песню «Владимирский централ», волей судьбы ставшую самой знаменитой в репертуаре Круга. В начальном варианте припев звучал так: «Владимирский централ, Саша Северный».

Прослушав песню, Север поблагодарил Круга, но попросил свое имя из песни убрать. Так вместо «Саша» в тексте «Владимирского централа» появилось слово «ветер». После трагической гибели певца (Круга смертельно ранили 1 июля 2002 года в собственном доме в Твери) Север занялся собственным расследованием преступления, которое до сих пор официально не раскрыто.

По словам авторитета, он сумел выяснить, кто причастен к смерти Михаила, но обнародовать имена не стал. Известно лишь, что, по версии Севера, Круг погиб случайно: он не был целью тех, кто в итоге стал его убийцами, а преступники в конце концов оказались за решеткой, но по другим делам. По странному совпадению, в час смерти Круга закончился последний на сегодня тюремный срок Севера: на свободу он вышел в возрасте 43 лет.

«Приходите в мой дом»

За свою жизнь Север успел отсидеть в общей сложности 29 лет — именно столько куполов и маленьких крестиков выбито на теле авторитета. География его скитаний по местам не столь отдаленным впечатляет: он побывал в исправительных учреждениях Владимира, Златоуста и Екатеринбурга, в СИЗО Костромы, Ярославля и Чепца (список далеко не полный). Два срока Север отбыл в наводящей ужас на сидельцев всех мастей колонии «Белый Лебедь» — той самой, где оборвалась жизнь его кумира Васи Бриллианта.

Александр Северов (Север) на могиле Владимира Бабушкина (Вася Бриллиант)

В 2011 году Север чуть было снова не отправился по этапа: его задержали на Московском вокзале в Санкт-Петербурге; формальным руководством послужила проверка документов, которая плавно перетекла в обыск. В кармане у вора были обнаружены два шприца с метадоном. Север уже морально готовился снова отбыть за решетку и выбить еще один крест, однако суд вынес ему условный приговор. Зато криминальный мир моментально облетела новость о том, что Север — наркоман.

Впрочем, авторитет всячески опровергал свою зависимость от зелья, объясняя наличие шприцов необходимостью обезболивания. Дело в том, что долгое скитание по тюрьмам отразилось не только на зрении Севера — у него нашли рак горла, который, впрочем, он сумел победить. Кстати, его главному противнику Коммуняю в похожем случае повезло меньше: в 2015 году его поймали с тем же метадоном, но в большем объеме, и в итоге он отправился за решетку на пять лет. Его срок истекает лишь в 2020 году.

Сегодня Север и его жена по-прежнему живет в семейной резиденции в Тверской области, куда часто заглядывают разные госты, вот криминальных «генералов» до звезд российской эстрады — прямо как в песне Михаила Круга «Приходите в мой дом». Любопытно, что о роде деятельности Севера кричит даже эго автомобиль: буквы на номерном знака машины складываются в слово «вор». И особняк Севера обнесен бетонной стеной наподобие то, что окружает тюремные заведения. Хозяин резиденции мог бы сменить мрачную ограду на что-то повеселее, но не хочет, объясняя это так: «Я отсюда смотрю и вспоминаю сразу, что за этим забором есть еще и лагерь. Можно с тот стороны забора оказаться».

 

   По информации: 0