Как папа о сыне мечтал, родилась дочь, а домой вообще двойню забрал

Подпишитесь на новости «UkrMedia» в , или +

Николай подошел к двери больничной палаты и негромко постучался: он пришел навестить жену с дочкой перед завтрашней выпиской, передает UkrPost.biz.

Ася сидела на кровати и кормила.

– Дай-ка я гляну, как она ест, – Николаю не терпелось проверить приметы, о которых им с матерью все уши прожужжала тетя. А она неоднократно повторяла, что если жадно ест, значит, практическая в жизни будет, цепкая. Ну а если нехотя сосет грудь, то жди фіфу!

Николай работал на оборонном заводе, чудом не закрыли, но руководству пришлось перейти на автономность, чтобы сохранить места. И Николай гордился своей рабочей династией, потому что на этом заводе работали и его отец с дядей, а теперь – они с братом. Поэтому фіфу в трудовой семье иметь было не с руки.

Ребенок сосал жадно, с нетерпением, и Николай, довольный, стал смаковать разговор с тетей.

– Тихо ты, а то дочку разбудишь. Только-только ее усыпила, – Ася кивнула в сторону кроватки в форме кювезы, и Николай с удивлением обнаружил там еще один младенец.

– Га, это как? Это кто? – растерянный и удивленный Николай выглядел так смешно, что Ася прыснула, но тут же строго взглянула на него: – Как это кто? Твоя дочь, копия твоей мамочки, так же поджимает губки, если чем недовольна, или складывает их бантиком, когда ей приятно.

Николай не помнил, чтобы его мать так делала. Он взглянул в кювез. Девочка спала и тихонько посопувала. Ничего в ее чертах не напоминало матери, скорее, она была похожа на него самого и чем-то на Асю, но Николай предусмотрительно промолчал об этом. Он спросил жену о другом:

– А тогда кого ты кормишь?

– Это Ваня, правда, он хорошенький? – Асине лицо осветилось улыбкой. – Мы его тут подкармливаем.

– Как подкармливаете? А мать его где? – Николай не понимал, почему на руках у жены был этот чужой мальчик, и не просто был, а как в себя. Николай недовольно глянул в сторону младенца: ведет себя, как ни в чем не бывало. «И жена тоже, – подумал Николай про Асю. – В природе, например, самка ни за что не будет кормить чужое дитя. А тут своя дочь, – Николай покосился на кювез, – одиноко лежит в кроватке, а она, – Николай перебросил взгляд на жену, – невесть кого к своей груди подпускает».

– Нет у него матери, то есть мать есть, но она выбросила ребенка в мусоропровод. Коль, представляешь, он родился точно в ночь на Крещение, когда и наша дочунька родилась, – Ася радостно щебетала, прижимая мальчика, который почмокуючи продолжал сосать грудь, – его нашли через несколько часов, на утро.

– Как выбросила? – у Николая похолодело в груди. – Ты чего выдумываешь? Как это можно ребенка выбросить в – Николай запнулся, потому что не мог произнести даже, куда был выброшен этот малыш.

– А вот так, одна студентка родила в общежитии по-тихому, ну, это, университетский, на Герцена который, и выбросила. Мы, ну, разные мамаши, у кого молоко есть, третий день его подкармливаем, – Ася счастливо смотрела на малыша на своих руках, и у Николая что-то екнуло в грндях.

– И что с ним будет? – зачем-то спросил он у жены, понимая, что ждет впереди этого трехдневного мальчика, который является, по сути, круглым сиротой.

– Коль, а Коль, мы вот тут с мамашка поговорили, лучше бы, чтобы его усыновили прямо сейчас. Ты же сына хотел – Ася с мольбой смотрела на мужа. Николай знал этот умоляющий взгляд жены: когда она так смотрела, он просто ну ни в чем не мог ей отказать! Но здесь, это тебе не мягкая мебель, на которые по уговорам потратили все ее отпускные, это живой человек.

– Га, ты это брось, – Николай робко взглянул на жену, – второго точно мальчика сделаем.

Ася опустила голову к малышу, словно его собирались отнимать у нее силой. Плечи ее задрожали.

– Ася, ну, не надо, ну, не плачь, его кто-нибудь точно усыновит, – начал уговаривать жену Николай, но и прижималась к младенцу, словно к какому-то сокровищу, отбери у нее – и она умрет.

– Ты – Ася всхлипнула, – ты не понимаешь, ты не знаешь, – и Ася снова натолкнулась на малыша.

– Ну да, вот такой я, черствый, – бормотал растерянный Николай, потому что жена применяла к нему сегодня уже второй волшебный прием.

– Ты не знаешь, врач сказал, – Ася замолчала и вся напряглась. Остальная часть слов она произносила в младенца, не поднимая головы. – Мой врач, он сказал, что у меня больше не будет детей.

Ася произнесла все это каким-то стертым голосом и заревела.

– Ты не плачь, успокойся, Асенько, ну, ну, не плачь, родная моя, – Николай совсем растерялся, не зная, как успокоить жену. «Детей больше не будет. Что теперь делать? Пропадать?» И вспомнил вдруг:

– Не ревы, а то молоко пропадет.

Ася тут же замолчала.

– Да положи ты его куда-нибудь, – не выдержал Николай, показывая на младенца, за которым пряталась от него жена.

– Одна уже положила, – резко ответила Ася, и Николай испугался: агрессивная Ася была страшнее волчицы, и лучше ее до такого состояния не доводить. Ася гневно взглянула на мужа:

– У всех есть право иметь свою семью, и у этого малыша есть такое право.

– А вдруг он будет болеть, и потом неизвестно, какая у него генетическая наследие, – Николаю хотелось найти какой-то аргумент, чтобы объяснить своей Асенькі всю нелепость его предложения.

– Коля, но он выжил, несмотря на мороз, такой сильный, почти тридцать градусов в ту ночь было, ты же помнишь. Он несколько часов голенький в мусоропроводе пробыл, значит, Бог хочет, чтобы малыш жил, и не оставит его.

Колю передернуло от картины: мусорная труба и голый беспомощный малыш в ней.

– М-да, ну и история, – Николай не знал, что делать. Столько новостей свалилось на него за это время, что голова кругом шла: детей больше у них не будет. Кто их знает, этих врачей, но раз так сказали, значит, что теперь делать?

Николай вздохнул и посмотрел в кювез. «И подкидыш вот» – начал было думать он, но Ася продолжала что-то говорить, и Николай уставился на жену.

– Коля, это же Промысел Божий, что он попал именно в наш , – снова начала Ася.

– Га, успокойся, надо все хорошенько обдумать, мы девять месяцев дочь ждали.

Ася перебила мужа:

– Не дочь ты ждал! Ты сам говорил, забыл? Ты всем хвастался, что сына забацал, пока тебе тетя нос не обратила на пузо.

Николай вспомнил, как тетя раньше УЗИ определила по форме живота пол будущего ребенка, чем немного огорчила будущего папаши.

– Ладно тебе, – пошел он назад, – я еще к одному ребенку не привык, а ты мне сразу вторую предлагаешь, – Николай обрадовался найденному аргументу.

– Будешь привыкать сразу к двум (логика жены была, как всегда, немыслима и потому очаровательная), родился он в тот же день, что и наша девочка – двойняшками можно записать.

– Га, ну и как мы объясним родным? – не сдавался Николай.

– А им-то чего? Двойная радость будет. Тут и внучка, и внук. Всем дед-бабок угодим: и твоим, и моим, – Ася подняла носик, и Николай приободрился. Он любил, когда Ася так делала, потому что это означало ее уверенность.

– Его все здесь зовут Ванечкой. И мы его так назовем, хорошо?

– Почему? – спросил Николай, чувствуя себя по-идиотски.

– Почему так назвали? Иван, что не знает корни – знаешь, кто это? Ну так вот, этот малыш без корней оказался. Не по собственной вине, конечно, – Ася спешила говорить, потому что видела, как Николай напряженный. – А мы как дочку назвать хотели?

– Аней, – расплылся в улыбке счастливый отец, – как мою маму, то есть бабушку.

– Вот Аня и Ваня – производные от имени одного святого.

– Как это от друга? – смысл Асиних слов доходил до Николая какими-то кусками: его мозг сегодня превратился в бытовой ПК, оперативной памяти которого не хватало для полноценной работы.

   По информации: Новости МИРА ukr.media

Загрузка...
Актуальные комментарии и обсуждения новостей